Перо фламинго [= Иероглиф ] - Наталия Орбенина

– Вы не об Альхоре изволите говорить?

Северов чуть улыбнулся.

– Да-с, именно о нем!

– Вот оно что! – профессор откинулся на подушки. Ни кальян, ни кофе его уже не интересовали. Он был так взволнован, что у него даже задрожали руки и губы. Все общество молча и с недоумением ждало объяснений.

– Вот что, друзья мои, – с трудом собираясь с мыслями, произнес Соболев, – я никогда не рассказывал ни вам, ни моим студентам о том, что в некоторых древних источниках упоминается таинственный и загадочный город Альхор. Невозможно понять, в какой части Ливийской пустыни он находится. Он иногда является путникам в самых разных местах.

– Фата-моргана! – воскликнул Аристов, который до этого тоже не проронил ни слова. – Оптический обман. Мираж, преломление лучей в воздухе над пустыней.

– Я тоже так думал, – продолжал профессор. – Однако все сведения, а они очень скудны, рисуют нам реальное пребывание авторов в реальном городе. Правда, мертвом. Там нет людей. Он давно покинут, но там остались удивительные и странные произведения искусства. Некая непонятная «Сестра Ужаса». Что бы это могло быть? Может, еще один огромный сфинкс? Кроме того, все те, кому довелось там оказаться, упоминают о некой Белой львице, мистическом животном, а также странном знании, о возможности приобщиться к неведомому, к тому, что человеку в земной жизни не дано.

– И что же это за знание? – изумился Лавр.

– В том-то и дело, что те, кто оставил свои свидетельства, этой возможностью не воспользовались.

А от тех, кто рискнул, не осталось и следа. Последними, кому открылся Альхор, были два французских солдата из армии Наполеона. Они заплутали в пустыне, и вдруг перед их взором возникли развалины города. Не знаю, что там произошло, но вернулся только один солдат. Именно он и поведал о странном и страшном городе, о товарище, который, по его словам, отправился в преисподнюю. Солдат чудом выжил, но, как свидетельствовали доктора, разум его помутился и его рассказ не был принят серьезно.

Я читал об этом случае в одном малоизвестном научном издании. Признаться, меня вся эта история занимает чрезвычайно. Я верю и не верю одновременно, но мне кажется, что на этой древней земле мы действительно можем повстречать нечто недоступное нашему современному разуму. Но все же я всегда остерегался говорить с серьезными учеными на подобную тему, боясь прослыть шарлатаном. Репутация ученого, знаете ли, очень хрупкая вещь!

– Вы правы! – кивнул Северов, и выцветшие его глаза смотрели лукаво. – Поэтому искать Альхор должны люди свободные от предрассудков, условностей. По-хорошему авантюристы, не так ли, сударь? – обратился он к Аристову.

– С чего вы взяли, что мы с вами одного поля ягода? – брови Егора поползли вверх. Ему было неприятно это неожиданное единение с неизвестным проходимцем.

– Сразу видно, что вы тут немного посторонний, что ли. Взгляд у вас не такой как у тех, кто недавно покинул светскую гостиную или уютный кабинет. И ранение свежее, тоже не от ножика перочинного. – Северов кивнул на руку Аристова, обезображенную шрамом, который открывал закатанный рукав рубашки. – Вы, сударь, англичан остерегайтесь. Они волонтеров с радостью в тюрьму упекают!

– Ого! – неприятно удивился Егор. – Да вам бы, батенька, в Шерлоки Холмсы податься, а не торговать вразнос мумиями!

– Да, да! – незлобиво рассмеялся Северов. – Вы не сердитесь на меня, что я ваш секрет обозначил. Не сердитесь, что я вторгся в вашу дружную компанию. Не мог побороть острого желания немного поговорить на родном языке да еще с образованными людьми. Простите меня, господа. Я вас покину!

И он уже собирался встать и откланяться, как Соболев его удержал за рукав:

– Постойте, вы не можете просто так уйти! Вам надо плыть вместе с нами по Нилу, и, может, нам повезет наткнуться на Альхор.

Северов с деланным равнодушием пожал плечами.

– Это, опять же, сударь, дорого. Я не в состоянии оплатить билета. А от вас я такого подарка не приму. Теперь по Нилу ходят английские пароходы и до Ассуана можно добраться за три недели. Цена билета 30 фунтов стерлингов, или по-нашему 122 рубля 20 копеек, завтрак, обед и чай. Ужас, как дорого! Но все же это самый дешевый способ плыть, да только не больно удобный. Колокол звонит, все на борт, корабль отплывает. Нет возможности предаться самостоятельному плану движения.

– Так что же делать! – воскликнул Петя.

– Можно попробовать нанять лодку, по местному дагабиех, и быть господином своего времени. Хозяин лодки причалит, где пожелаете, но стоит это удовольствие намного дороже – 560, а то и 600 рублей. К тому же надобно сделать подарок хозяину лодки. Он же и капитан. Вот и решайте.

– Вот что я вам скажу, – Соболев поднялся с мягкого дивана. – Ступайте завтра на берег и подыщите нам такую лодку, чтобы могли отправиться тотчас же и без помех.

Ночь была на исходе и небо уже светлело, когда общество стало расходиться по комнатам. Соболев, Петя и Зоя еще о чем-то спорили, история с Альхором поразила всех необычайно. Петр не мог простить отцу, что тот скрывал такую необычную тайну и не поделился ни с кем.

– Прямо приключенческий роман! – сверкала глазами Зоя.

– Это не роман, а обман, авантюра. И человек этот – ловкий мошенник, а хуже того, разбойник, душегубец, – ворчала Серафима Львовна, подымаясь по лестнице к себе в номер. – Скорей всего лодка, что он якобы наймет завтра для нас, – разбойничий вертеп. Там, небось, его сообщники завезут невесть куда и зарежут!

От этих жутких подозрений Серна так расстроилась, что чуть было не расплакалась от страха. Сказалось и утомление пережитого дня.

– Не могу с вами не согласиться, – Аристов поднимался следом.

– Так что же делать? – она остановилась на лестнице и повернула к нему расстроенное лицо.

– Вам надо убедить мужа не обременять себя сомнительным знакомством, а я могу только обещать быть начеку и убить мошенника при первом же подозрении!

Егор сказал это так спокойно, с такой уверенностью, что Серна тотчас же успокоилась и полностью ему доверилась. Вообще, она заметила, что Аристов говорил мало, но как-то всегда к месту, разумно, взвешенно. Его слова, движения были полны невыразимого чувства собственного достоинства и уверенности в своих силах.

– Конечно, обидно быть в плену женских страхов и прозевать великое чудо, необыкновенную тайну… – продолжила уже другим тоном Серафима Львовна.

– Если она существует, эта тайна, этот город-призрак Альхор, – резонно заметил собеседник, – то, как я по-прежнему полагаю, это есть проявление известного явления фата-моргана. А все свидетельства – просто бред сумасшедших, несчастных, потерявших рассудок после мучений в пустыне.

– Да, да… – она мечтательно улыбнулась, – но, знаете, это же прекрасно, когда есть такая красивая, хоть и безумная мечта. И так странно, поверьте, очень странно, что мой супруг вдруг тоже оказался ею пленен, хотя до нынешних дней я не замечала в нем признаков романтической натуры.